Новости

Евровымирание: Старый Свет уверенно идёт по украинскому пути

Сегодня на третьем году проведения СВО и через десять лет после победы Майдана украинские пропагандисты всё реже вспоминают некогда крайне популярную формулу «Украина – цэ Европа». А зря. И дело не только в том, что именно это утверждение лежит во основе идеологической конструкции, заставившей многих украинцев вступить в братоубийственную войну с теми, кто не одобрил сделанный в 2014 году евроатлантический выбор. 

Но и в известном часто наблюдаемом феномене поразительной внешней схожести неродных по крови людей, долгие годы проживших вместе. Кстати, ровно та же история с хозяевами и их домашними питомцами, но на этот уровень мы опускаться не будем. Тем более что дальше речь пойдёт об удивительной схожести тенденций и трендов, наблюдаемых сегодня на Украине и в странах ЕС. 

Трендов, говорящих если и не о том, что Украина стала-таки Европой, то как минимум об очевидной деградации Европы, постепенно превращающейся в Украину. 

Говоря о деградации я нисколько не преувеличиваю, особенно с учётом того, что предлагаю обсудить демографические проблемы стран-членов Европейского союза, которые могут постепенно привести к вымиранию коренных этносов Старого Света. 

Но начнём мы именно с Украины, которая в силу как объективных, так и субъективных обстоятельств является, как сейчас говорят, трендсеттером этой крайне угрожающей перспективы.

По данным статистики, опубликованной Министерством юстиции Украины в преддверии западного Дня всех влюблённых, оказалось, что количество разводов украинских пар неуклонно растёт, а количество браков не менее неуклонно сокращается. 

Так, за 2023 год в целом по стране было зафиксировано чуть более 186 тысяч новых бракосочетаний, что на 16% меньше, чем в 2022 году (в западных областях и того хуже – в среднем на 20%), и даже в столице Украины Киеве, где ситуация чуть лучше, показатели за 2023-й на 14% хуже, чем 2021 году. А вот количество разводов по сравнению с тем же периодом выросло. В среднем в 1,4 раза: 24 108 по всей Украине и 3 793 в Киеве. Соответственно, снижается и рождаемость, причём стремительно.

Но если всё это ещё можно как-то «оправдать» войной, в которую погрузил страну киевский режим, понукаемый западными спонсорами, то как можно объяснить следующий данные? 

По итогам 2023 года, исходя из предварительной информации, представленной германскими властями, по сравнению с 2022-м показатели рождаемости в ФРГ упали на 7,6% и составили 680 тысяч младенцев. При этом число собственно этнических немцев в этой статистике не превышает 58-60%, остальные – дети мигрантов разных поколений.

Идём дальше. В соседней Франции с показателем падения уровня рождаемости в 6,8% (640 тысяч человек) вообще зафиксирован худший результат за последние 80 лет, начиная с 1944 года. Здесь, как и в Германии, доля детей коренного населения, то есть французов в классическом понимании этого этнографического термина, также составляет не более 60%.

На Апеннинах дела, на первый взгляд, обстоят чуть лучше – «отрицательный рост» всего 3,58% (на конец прошлого года зарегистрировано чуть меньше 380 тысяч новорождённых). Но проблема в том, что снижение рождаемости имеет здесь тенденцию к ускорению. По оценкам учёных демографов, в течение ближайших 75 лет, что по историческим меркам совсем немного, то есть где-то к 2100 году, граждан Италии останется не более 32 млн человек, причём в основном людей преклонного возраста. И собственно итальянцев среди них практически не будет. Их и сегодня рождается около двух третей, и каждый год эта цифра уменьшается на 1%. Вот и считайте. 

По сравнению с Германией и Францией более или менее благополучное положение и в Испании – в 2023 году убыль всего чуть более 2% (родилось около 323 000 человек). Но проблема в том, что и здесь наибольшую плодовитость демонстрируют мигранты из стран Северной Африки, которые массово завозятся по решению местных властей.

Завершая тему Западной Европы, пару слов скажу и о Великобритании, которая хотя уже и не ЕС, но по сути всё также «старая добрая Европа». Здесь негативный показатель рождаемости составил только -2% (658 тысяч родившихся), но, во-первых, это стало обновлением абсолютного антирекорда за последние 200 лет (в прошлый раз такое падение рождаемости наблюдалось в 1977 году), а, во-вторых, «приемлемый» уровень снижения демографических показателей был достигнут за счёт не менее массового, чем в прочих странах региона, завоза иноземной «молодой крови», усилиями которой на данный момент обеспечивается не менее 40% от всех рождений в Британии. 

А теперь переместимся на восточные границы Евросоюза. Здесь демографическая ситуация близка к катастрофе. Чем ближе к Украине, тем стремительнее депопуляция.

Польша: минус 11%, или всего 272 тысячи человек. А ведь с февраля 2022 года именно сюда переехало большинство украинцев, бежавших в Европу (точнее в основном украинок). Не помогло.

Прибалтика: Эстония минус 7,5% (10,7 тысячи человек), Латвия минус 12,2% (около 14 тысяч), Литва минус 10% (менее 20 тысяч человек). При сохранении такой тенденции, к концу века в «прибалтийских вымиратах», вместе взятых, будет проживать чуть больше 3 млн человек. Сколько среди них будет коренных эстонцев, литовцев и латышей, предугадать практически невозможно. Вероятно, ни одного.

Когда-то на Украине мечтали о евроинтеграции и говорили, что именно вступление в ЕС, а заодно, как непременное условие, и в НАТО, станет залогом процветания украинского государства. Но за 10 лет движения строго на Запад Украина не только оказалась на грани выживания и как страна, и как нация, но ещё и стала во главе движения «евровымирания», охватившего всю Европу. Такой ли судьбы хотели украинцы? Разумеется, нет. Было ли это неизбежным? К сожалению, да.

И всё же мой рассказ будет неполным, если я не упомяну демографические проблемы у нас, в России, где вместо необходимого для простого поддержания популяции коэффициента рождаемости в 2,16 мы имеем в среднем по стране лишь 1,47. Да, и проблемы с мигрантами у нас тоже стоят очень остро.

Всё как у них, скажут иные. Нет – отвечу я. Почему? Потому что при одинаково неутешительных стартовых позициях видна значительная разница в государственных подходах к решению проблемы. 

Пока мы выступаем за традиционные ценности, за укрепление института семьи, брака, на Западе старательно разрушают и то и другое. Пока мы вкладываем ресурсы в развитие и улучшение качества жизни человека, там предлагают своему населению есть сверчков и следовать прочим завиральным экотенденциям. И, в конце концов, пока мы призываем к мирному разрешению накопившихся между нами противоречий, они откровенно готовят свои народы к новой большой войне. Войне, которая может привести к полному истреблению той Европы, каковой мы её пока ещё помним.

АЛЕКСЕЙ БЕЛОВ