Новости

Сможет ли Украина построить свою «линию Суровикина»

Ресурсы Украины

«Линия Суровикина» определенно должна стать словосочетанием года в России. Самоотверженность русских воинов вкупе с эшелонированной линией обороны предопределили провал наступательной операции ВСУ. К осени стало понятно, что украинское продвижение на восток окончательно остановлено. К минным поля, рвам и «зубам дракона» добавились распутица и холод.

Все бы хорошо в этой ситуации, если бы Россия начала стремительное наступление на запад. На первый взгляд, диспозиция обязывает – ВСУ явно сточили свои самые лучшие боевые части, и сейчас самое время для контрнаступления. Ударить, пока противник не отошел от потерь, которые, по данным Министерства обороны России, просто запредельные.

Но танковые клинья не разрезают боевые порядки противника, а значит – Украина получает бесценное время для подготовки обороны. В конце ноября это вылилось в официальные заявления. Зеленский собрал рабочую группу по строительству фортификационных сооружений. По открытым данным, первую линию построит армия, вторую и третью – гражданские подрядчики.

Украинское военное руководство никогда в этом не признается, но ВСУ будет просто копировать «линию Суровикина». Просто потому, что ничего лучше для данного театра военных действий пока не придумано.

Удастся ли противнику соорудить столь же непроходимую линию обороны?
 

Российская фортификация на фронте представляет собой очень развитую сеть окопов и блиндажей, дотов и дзотов, а также многокилометровые минные поля. Помимо этого, на критически опасных направлениях линии обороны многократно продублированы и уходят на десятки километров вглубь. Это резко ограничивает возможности выхода наступающих на оперативный простор. Атакующие группы ВСУ неизбежно попадают в мешок и расстреливаются из артиллерии и авиации.

В самых критичных случаях пути отступления минируются Российской Армией дистанционно. Сейчас сложно говорить об истинных масштабах обороны Российской Армии. Украинские источники вещают о траншеях под Мелитополем и о Токмаке, со всех сторон окруженном линиями укреплений. Но это не все.

Оборона Российской армии очень мобильна – драки насмерть за каждый куст ушли в прошлое. При необходимости врагу отдается первый рубеж обороны – это позволяет сохранить личный состав и отработать артиллерии по заранее пристрелянным целям.

В итоге у врага если и есть продвижение, то с большими потерями и на считанные сотни метров. ВСУ наступают малыми группами – максимальная численность не более батальона. Чаще всего в атаку движется рота с приданными штурмовыми отрядами. На минных полях они ожидаемо теряют много техники и личного состава и, не получая необходимой поддержки, отступают. Где получается накатывать на «линию Суровикина» несколькими волнами, продвижение более существенно, но и оно исчисляется несколькими километрами.

Рассмотрим, что в реальности из всего вышесказанного может повторить украинская сторона.

Прежде всего, у ВСУ есть один из главных аргументов «линии Суровикина» – река Днепр. Обойти её нельзя, но вполне возможно форсировать. Это уже продемонстрировали украинцы, захватив небольшой плацдарм на левом берегу в Херсонской области. Но даже здесь нельзя говорить об эффективности наступления ВСУ. Полноценное форсирование Днепра наладить не удалось и боевики долгими неделями просачивались на легкомоторных и даже надувных лодках. Осенняя межень этому поспособствовала естественным образом.

Но к зиме ВСУ так и не удалось развить успех до полноценного – тяжелую технику на левый берег не перебросили. Весной Днепр наберет воды и скорость течения, что заметно осложнит снабжение группировки. Если её вообще к тому времени не смоет половодьем или не разгромят наши войска. Поэтому Днепр однозначно записываем в актив будущей линии стратегической обороны украинской армии. Само собой, этот рубеж справедлив только на юге фронта.

Для некоторой части фронта своя «линия Суровикина» может и не понадобиться.

Речь о северном фасе дуги, насквозь пронизанной населенными пунктами и укреплениями, возводимыми ВСУ еще с 2014 года. Именно поэтому Российская Армия вынуждена крайне осторожно наступать под Авдеевкой, постепенно охватывая группировку противника в клещи. Военное командование Украины на этом важном участке фронта будет возводить лишь дополнительные линии фортификации. Чем они, кстати, занимаются еще с лета.

Среди весомых факторов успешной обороны украинской армии – эффективная разведка. Поддержка НАТО позволяет в режиме реального времени отслеживать перемещения более или менее крупных сил Российской Армии. Фактор внезапности зачастую теряется, и обороняющаяся сторона успевает принять все необходимые меры. Справедливости ради такая же в точности проблема возникла и у ВСУ в ходе летнего наступления. В подавляющем большинстве случаев в российских штабах знали о направлении главного удара противника.

На этом надежды на скорое возведение непроходимой обороны у ВСУ исчерпываются и начинаются серьезные проблемы.
 

Факторы риска

Украина в плане обороны всегда будет находиться в невыгодном положении. Линия фронта, откуда может начать наступление Российская Армия, гораздо протяженнее, чем фронт, откуда могут напасть украинские боевики. В Киеве отлично осознают, где им расставили флажки, за которые забегать нельзя. Речь о Белгородской, Курской и Брянской областях, а также о территории Белоруссии. Именно поэтому, к слову, мы не видим эшелонированной линии обороны, наподобие построенной в Запорожской области.

У России в этом смысле руки развязаны – в самом крайнем случае можем повторить 24 февраля прошлого года, перейдя в широкомасштабное наступление по всей линии соприкосновения. В итоге Зеленскому где-то придется искать ресурсы на свою «линию Суровикина» протяженностью в три-четыре раза больше, чем оригинал. Если, конечно, в планах уйти в полноценную оборону.
 

Не получится соорудить аналог российской фортификационной линии из-за отсутствия армейской авиации.

Летом наша армия так успешна была в обороне по причине хорошей поддержки с воздуха. Ка-52 с дальних дистанций расстреливали колонны танков, среди которых было немало техники для преодоления минных полей. ВСУ, конечно, могут расставить противотанкистов с Javelin и «Стугнами» на ключевых точках, но они неизбежно проиграют в дальнобойности и мобильности. Все-таки, кочующие вдоль запорожского фронта российские вертолеты серьезно снизили наступательный пыл противника. У боевиков Украины такого нет, и в обозримом будущем не предвидится.

Аналогичная ситуация и с ударными самолетами. Для повторения успеха Российской Армии в обороне противнику требуется в несколько раз больше авиации, чем есть сейчас.

Хроническая нехватка боеприпасов, которая преследует Украину уже второй год, не позволит соорудить эффективную оборону по примеру российской. Гаубицы и РСЗО сыграли не менее важную роль в отражении летнего наступления ВСУ, чем армейская авиация. Прежде всего, в расстреле занятых противником опорных пунктов. Пушки у боевиков имеются, но они целиком и полностью зависят от импортных запасов. Украина уже фактически выстрелила все свободные запасы боеприпасов НАТО, а мощности по производству новых выйдут на проектную через год-полтора.

Украина простреливается российскими ракетами вдоль и поперек. Средства ПВО и РЭБ противника совершенствуются, но не отменяют эффективность ударов по важнейшим целям внутри страны. Это еще один стрессовый фактор для развертывания полноценной фортификационной линии. Особенно на второй и третьей линии обороны, которые предполагается возводить гражданскими силами.

Налицо намеренная провокация против собственного народа – Зеленский подставляет под удары обычных строителей.
 


Украине потребуется много таких машин. На фото – КрАЗ ПЗМ-3

Если сравнивать количество инженерной техники ВСУ и Российской Армии, то у первой, безусловно, серьезное отставание, как в количестве, так и в качестве. А копать и минировать придется не меньше, если не гораздо больше, чем России в 2022–2023 годах.

На поставки от Запада надеяться не стоит – они бы обещанные боеприпасы поставили в срок.

Зарубежная помощь имеет одну особенность.

Техника и оружие гораздо охотнее выдаются под наступление. Публике проще продать идею об «освободительной» миссии ВСУ, чем о вынужденной обороне. Почти два года пропаганда на Западе брызгала слюной о разрушенной Российской Армии, а тут вдруг Украине потребовалось копать траншеи. Непонятно так же, где Зеленский намерен найти сотни тысяч, если не миллионы инженерных мин.

Публично озвученные планы о постройке фортификационной линии на фронте говорят о невозможности Украины наступать не только грядущей зимой, но и весной-летом следующего года. Ограниченность ресурсов киевского режима не позволит готовиться одновременно к двум фундаментальным событиям. Из двух зол они выбрали самое малозатратное – обороняться.

Несмотря на все трудности, недооценивать желание и возможности ВСУ возвести стратегическую линию обороны нельзя. Сейчас мяч на стороне Российской Армии, и в ближайшее время необходимо помешать боевикам на фронте окопаться и забетонироваться. До лета 2024 года это задача минимум.

Евгений Федоров