Новости

Он вам не Орбан. Почему Роберт Фицо прекратил поддержку Украины

С 1 декабря Союз автомобильных перевозчиков Словакии заблокировал пункт пропуска "Вишне Немецкое — Ужгород" на границе с Украиной, а так же расширил эмбарго на украинскую сельхозпродукцию с 4 до 14 позиций. Кроме того, Словакия ужесточила транзит продукции украинского АПК.

Если первое решение ещё можно назвать самодеятельностью словацких дальнобойщиков, то второе является следствием возвращения в словацкое правительство Роберта Фицо.

Победа его партии "Направление — социальная политика" (SMER) уже успело стать ярким событием в европейской политике. Недоброжелатели из редакций европейских и американских СМИ неоднократно сравнивали Фицо с Виктором Орбаном — европейским бунтарём со стажем — и отмечали, пополнение лагеря противников Украины.

Однако даже небольшое погружение в экономику Словакии и биографию Роберта Фицо показывает, что новым Орбаном ему не стать. Тем не менее, словацкое правительство в противостоянии Украине начало переходить от слов к делу. А значит к Словакии стоит присмотреться пристально, тем более что словацкий пример окажется очень заразительным.

Общая характеристика экономики Словакии

Первым делом бунтарство Фицо списано на его обиду. В бытность премьер-министром Словакии в "нулевых" Фицо был публично унижен премьер-министром Украины Юлией Тимошенко. Прилетевшего в Киев Фицо заставили три часа ждать встречи с Тимошенко, а затем сразу же вывели на пресс-конференцию, где Тимошенко упрекала гостя в том, что он занял сторону России в российско-украинском газовом споре. Фицо такой приём не понравился, особенно с учётом того, что его хорошо приняли в Москве, куда он отбыл из Киева. Данную историю в середине октября изложило издание Politico, а её достоверность подтвердил глава МИД Словакии Мирослав Влаховский.

Унижение со стороны украинских политиков, безусловно, является одним из факторов, которые позволили Словакии прекратить военную поддержку Украины, однако дело не только в политике. Словакия в целом передала Украине всё, что могла передать из числа вооружений и боеприпасов. В 2022 году Братислава передала Киеву (список неполный) ЗРК С-300 на 130 млн евро, 16 САУ Zuzana, 30 БМП-1, 11 истребителей МиГ-29.

Провал контрнаступления и возвращение в премьерское кресло Фицо стали удобным поводом для фиксации Словакией своих убытков и окончания поддержки, которая грозит стране дальнейшим ростом убытков без достижения каких-либо результатов. Именно поэтому Словакия по решению нового правительства остановила передачу 140 ЗУР к ЗРК "Куб" и 5 172 танковых выстрелов, восьми миномётов и 1 200 мин на сумму 43 млн долларов.

Таким образом, если решение Венгрии не поддерживать Украину, но не сопротивляться выделению ей со стороны ЕС финансирования имело экономические причины, значимость которых возрастала по мере роста конфликтности между Будапештом и Киевом, то Братислава стала уклоняться от поддержки Украины преимущественно по политическим причинам. Впрочем, всегда есть фактор экономики.

Из количества в качество: как экономика изменила словацкую политику

Как и в случае с Венгрией, об экономике Словакии мы знаем непозволительно мало. Население страны — 5,4 млн человек, что сопоставимо с населением Санкт-Петербурга (5,6 млн человек). Площадь — 49 тыс. км2, что лишь немногим меньше Смоленской области (49,7 тыс. км2). ВВП страны по ППС (данные МВФ) в 2022 году — 219 млрд долларов, что соответствует ВВП Белоруссии (210 млрд долларов).

Словакии, как и Венгрии, удалось за счёт европейских инвестиций создать собственную автомобильную промышленность, которая, впрочем, работает в теснейшей кооперации с Германией и Чехией. У Volkswagen есть завод в Братиславе (на территории корпусов Братиславского автозавода, который в советские годы выпускал запчасти для автомобилей "Шкода"), у Peugeot — в Трнаве и у Kia Motors — в Жилине. В 2021 году в Словакии собирали около 1 млн легковых автомобилей (в Венгрии — 390 тыс.), что позволяет автопрому обеспечивать около четверти словацкого экспорта.

Крупнейшие компании Словакии. Источник: Coface CEE top 500.

Анализ флагманов словацкой промышленности показывает сильнейшую зависимость от стран Запада и лояльных США государств: первая тройка крупнейших предприятий республики целиком состоит из автопрома (Volkswagen, KIA и PSA). На четвёртом месте — словацкая электроэнергетическая компания "Словацкие электростанции", а на пятой строчке — НПЗ Slovnaft (часть венгерской MOL). Далее, за исключением метзавода U. S. Steel в Кошице, подряд следуют три ретейлера, а замыкает десятку местный завод корпорации Samsung.

Собственно, основные экспортные товары и связи Словакии вполне понятны, и здесь, в отличие от Венгрии с ТНК MOL, OTP и "Гидеон Рихтер", нет никакого экономического шпагата: Словакия тесно встроена в ЕС и не может позволить себе какие-либо метания. У неё даже (и это очень важное отличие от Венгрии) нет ни одной крупной компании, которой удалось бы создать транснациональный бизнес. Следовательно, в экономическом плане Словакия предельно уязвима, а экономически завязана на Чехию, Германию и США.

Основные покупатели словацких товаров по итогам 2022 года — Германия (21 %), Чехия (11,9 %), Венгрия (8,71 %), Польша (7,76 %) и Франция (5,86 %). Доля КНР в экспорте составляет всего 2,54 %, а Россия не входит в первую десятку, хотя в 2017 году на неё приходилось чуть больше 5 % словацкого экспорта. Импортирует товары Словакия из Германии (13,9 %), иных стран ЕС (11,2 %), Чехии (8,97 %), Китая (7,51 %) и России (7,48 %).

Главные экспортные товары Словакии — автомобили (24 %) и запчасти для них (5 %), бытовая техника (около 8 %), а импортные — электромашины и оборудование (19,2 %), автомобили (14,8 %), минеральное топливо (14,1 %).

В 2021 году Россия и Словакия наторговали на 7,05 млрд долларов, при этом Россия продала товаров на 5,5 млрд долларов, а купила у Словакии продукции на 1,338 млрд долларов. Доля Словакии во внешнеторговом обороте России в 2021 году составила 0,8982 %. Львиная доля российского экспорта в Словакию тогда приходилась на минеральные продукты (нефть и газ) — 91,8 % от общего объёма, на продукцию химической промышленности (преимущественно удобрения) — ещё 4,13 %. Из Словакии Россия импортировала машины, оборудование и транспортные средства — 79,5 % от общего объёма импорта, продукцию химической промышленности — 11,3 %, ещё 2,8 % приходилось на металлы и изделия их них и 1,8 % — на продовольствие.

В 2022 году картина для Словакии стала ещё плачевнее: импорт из России вырос в денежном измерении до 8,179 млрд долларов, а импорт в Россию просел больше чем в два раза, сократившись до 543 млн долларов. Такой разрыв и в без того скверном для Словакии товарообороте стал следствием удорожания энергоносителей (Словакия сохранила для себя возможность закупать нефть по южной ветке нефтепровода "Дружба" и продавать продукты её переработки на европейском рынке) при прекращении экспорта автомобилей из-за принятия санкций на уровне ЕС.

Заодно просели доходы Словакии от транзита российского газа. За транзит газа отвечает компания Eustream, чей доход в 2020 году составил 750 млн евро, а прибыль — 360 млн евро, но по итогам 2022 года компания показала убыток в 12,6 млн евро. Компания на протяжении долгих лет была крупнейшим налогоплательщиком Словакии.

Таким образом, экономика — антироссийские санкции вместе с ростом стоимости энергоносителей — не только усугубили ситуацию в словацкой экономике, сделав неизбежной перемены в Словацкой политике.

Персоналии словацкой социал-демократии

В отличие от Фидес и Виктора Орбана, в Словакии у власти находятся левые. По крайней мере, так себя позиционирует партия SMER Роберта Фицо и входящая в коалицию с ним партия бывшего соратника Фицо Петера Пеллегрини HLAS. Впрочем, в коалиции ещё состоят местные националисты из партии SNS (Словацкая национальная партия) под руководством Андрея Данко. Несмотря на идеологические различия, Виктор Орбан стал одним из первых, кто поздравил Фицо с победой. При этом Петер Пеллегрини (занял должность спикера парламента) выступил с инициативой коммерческих поставок оружия и боеприпасов Украине, так как это поддержит словацкую промышленность.

Роберт Фицо в 1986–1989 годах был членом Коммунистической партии Чехословакии (страны разделились в 1993 году), приёма в партию Фицо ожидал два года. В 1989 году перешёл в Партию демократических левых, ставшую правопреемницей КПС. Проиграв во внутрипартийной борьбе и осознав падение рейтингов у SDL, Фицо в 1998 году покинул партию и за два года создал SMER.

В 2004 году SMER поглотила мелкие левые партии Словакии, включая материнскую SDL. Фицо уже дважды был премьер-министром, но из власти в оппозицию его выбрасывали с помощью скандалов: перед выборами 2010 года с помощью записи приписываемого ему разговора о создании незадекларированного фонда для ведения парламентской кампании, а в 2018 году разразился скандал с убийством журналиста-расследователя Яна Куцяка, который разоблачал деятельность итальянской мафии в Словакии. Тогда помощницу (злые языки называли её ещё и любовницей) Фицо Марию Трошкову обвиняли в связях с мафией. Фицо ушёл в отставку, а премьером на два года стал его текущий соратник Петер Пеллегрини.

При Фицо Словакия отказалась от кроны и перешла на евро, тогда же — в 2009 году — Фицо выступил против одностороннего провозглашения Косово своей независимости, а также раскритиковал Грузию, заявив, что она спровоцировала "августовскую войну". Заодно критиковал размещение американской ПРО в Чехии и вывел словацкие войска из Ирака.

С Орбаном у Фицо сложные отношения, отягощённые личностью руководившего тогда партией SNS националиста Яна Слоты (такой себе словацкий Жириновский), которую в 2006 году Фицо включил в коалицию. Слота называл венгров "опухолью словацкой нации", но к 2022 году национальный вопрос ушёл в тень, а политиков объединила тема геополитики и санкций.

Любош Блаха, получив доступ к своему рабочему кабинету, новый вице-спикер парламента Словакии первым делом выбросил оттуда флаг ЕС и заменил портрет президента Зузаны Чапутовой (активно поддерживает Украину) портретом Че Гевары, опубликовав соответствующий ролик в соцсетях под заголовком "Осенняя уборка". Блаха — член президиума партии SMER, академик и постмарксисткий философ. В 2004–2006 годах был главой международного отдела Компартии Словакии. Блаха очень критически относится к ЕС и критикует санкции против России.

Сильно отличается от Венгрии словацкий список Forbes.

Как видно из данных словацкого Forbes, словацкие миллиардеры и миллионеры накопили свои активы не за счёт промышленности (из таковых лишь Томаш Хренек), а благодаря финансам, строительству и IT. О каком-либо сотрудничестве с ними со стороны России говорить в принципе не стоит: Хренек потерял Днепрорудненский железорудный комбинат, поставлявший ему руду, троица из ESET превентивно заблокировала Россию (это вполне привычная линия поведения для IT-капитала), финансистам и строителям Россия в принципе неинтересна.

Поэтому никаких рычагов влияния на Словакию у России, кроме цен на нефть и газ, нет. Да и то, влияние посредством нефти происходит, скорее, через венгерскую компанию MOL. Что касается словацких политиков, то их свобода манёвра ещё меньше, чем у их венгерских коллег, — последние хотя бы опираются на индустриальный фундамент социалистической Венгрии и не так зависят от европейского капитала с его сборочными производствами.

***

Связи с мафией — ахиллесова пята Фицо и его соратников: Словакия, в отличие от соседней Венгрии, не может похвастаться плодородными почвами так как солидную часть территории страны занимают горы, усложняющие ведение сельского хозяйства. Однако граница с Украиной и различия в таможенных режимах благоволят контрабанде и контрабандистам, которых европейцы и называют мафией.

В отличие от Венгрии, словацкие политики не смогли ни победить Фонд Сороса, изгнав его за пределы страны, ни обуздать местную прессу, которая уже дважды топила Роберта Фицо своими расследованиями.

Поэтому портрет Че Гевары в кабинете вице-спикера является чистым пиаром, не подкреплённым ни экономическим базисом (Словакия критически зависит от бесперебойной работы европейских сборочных производств), ни политической волей и возможностями противостоять влиянию США и ЕС. Словакия, в отличие от Венгрии, находится в крайне уязвимом положении, а Фицо лишён возможности опереться внутри страны на крупный капитал — он имеет яркий постиндустриальный характер — и на государственную промышленность.

Поэтому бунтовать Фицо в ЕС будет до тех пор, пока его деяния не выходят за пределы разумного и не идут вразрез с магистральной линией ЕС. Победа Фицо — не предвестник перемен в ЕС, а их следствие. Начались эти перемены с провала украинского контрнаступления, шансы на успех которого Словакия поднимала, как могла.

Однако словацкий бунт будет модельным для других стран, где накопленная обществом усталость от экономических проблем и растущее осознание бессмысленности поддержки Украины будут приводить к власти явных украиноскептиков. До статуса русофилов им будет крайне далеко, но их нежелание усугублять отношения с Россией уже будут значимым шагом вперед по сравнению с теми, кто вводил санкции и разрывал отношения.

Иван Лизан